— «Дорожный патруль Соловьев», — отсалютовал один из них короткой деревянной булавой. — Ваши подорожные грамоты!

— Зачем вам подорожная, мужичье, вы же неграмотны?! — надменно выпрямился Илья.

Патрульный сделал шаг назад:

— Так это что же… это, выходит, сам благородный дон… э-э… богатырь Илья Муромский? Ошибочка вышла, прощения просим…

— То-то, — довольно кивнул Муромец, и собрался было пройти мимо, но Соловьи, с двух сторон, схватили коня за поводья.

— Да, ошибочка вышла: с вас не только грамотка подорожная, но еще и налог, ибо, как мы слышали, покинули вы дружину княжескую, а сие значит, что платить вам теперь наравне со всеми.

— Сколько? — хмуро спросил Илья.

— Грамоте обучен? — полюбопытствовал Соловей. — Знаешь, как буковки на наших бляхах народ расшифровывает? «Дай полушку Соловью».

— С дуба спрыгнули?! — взревел Илья. — С такими поборами я и до Жмеринки не доеду!

— А зачем русскому человеку по свету шататься? — рассудительно заметил Соловей. — От этих шатаний все беды и идут. Понасмотрятся-понаслушаются невесть где невесть чего, а потом на княжеских пирах смуты затевают и права качают… вплоть до увольнения… К тому же, вас двое. Да и конь, как я погляжу, у вас давно не чищен…

— Так я же в дороге какой день — запылился, ясное дело…

— И клеймо на нем какое-то странное, — задумчиво обронил второй Соловей. — Не перебито ли?

— А если проверить на загрязнение окружающей среды? — с угрозой в голосе пообещал первый, и полез было заглядывать коню под хвост.

— Ладно, ладно, остыньте, — сдался Илья. — Вот ваша полушка.

— Две, — нахально заявил Соловей.

— Две-то с чего взялись?! Про одну разговор был!

— А ты прочитай словеса на бляхе наоборот. Что получится? «Скупой платит дважды»! Две. Иначе: коня — на штрафконюшню, а сами — с нами, до выяснения…